Скиты | Соловки коттедж

© 2019  «Соловки - коттедж»

Забронируйте номер сейчас по телефону:

​+7 (985) 774 17 95
Анзерский скит

"Ехать морем до острова Анзерского надо еще часа полтора, потому что здесь затрудняет ход лодки встречная волна. Часовня острова построена на том месте, куда основатель Анзерского скита Елеазар приходил ставить выточенную им посуду: ее брали проезжие, а ему оставляли за нее хлеб. Верстах в трех от часовни раскинулся Анзерский скит с каменными келиями и небольшою церковью во имя св. Троицы. Здесь долгое время жил послушником известный впоследствии патриарх Никон.

На самой средине Анзерскаго острова стоит крутая гора Голгофа, вышиною в 87 сажен. Прямо подняться на нее невозможно; дорога идет винтом все выше и выше, а наверху, будто в облаках, белеет Иисусо-Голгофская церковь. Первый водрузил крест и положил основание скита, в 1712 году, схимник - иеромонах Иисус, который завещал вечно читать тут псалтырь, а рыбу и молоко употреблять скитникам только в субботу и в воскресенье.

Вокруг Голгофы постоянно ходит резкий ветер, как бы ни было тихо под горой и на море. Воздух здесь так суров, что чаек, гнездящихся внизу, в Анзерском ските, - на Голгофе невозможно приручить... Лишь орлы да вороны вьют здесь гнезда.

Вершина этой горы служит маяком для мореплавателей. Но маяком и светочем для всего северного поморья продолжает быть доныне, как и прежде, монастырь Соловецких чудотворцев, богатый подвигом молитвы и подвигом труда, во славу Божию." (А.Владимирова. Соловки. В кн. "По родному краю. Сборник статей по отечествоведению." Составитель В.Львов. 1902)

 

Анзер образца 1926 года

"Если небо осияно – осиянен и островок. Он глядится самодовольно в ясные зеркала бесчисленных озер. Он весь игрушка. Точно он не всамделешный, а убран к престольному празднику. Низкорослы деревья, жмутся друг к другу нестройной толпой от морского жгучего ветра и жадно ловят в сети веток яркую зелень весны. Сосны всклокочены. Напрасно я пытался подслушать Клюевский сосен перезвон, - беззвучны коричневые бубенцы елей. Праздничен, как рождественские свечи, красный еловый цвет. Крепки в лесах широкоплечие Соловецкие кресты. Пестер самоцветный мох под ногами, и неутоптаны тропинки.

У моря отлоги берега. Белесый песок и огромные камни, карие, зеленые, желтые и буланые. Море тянется, выпятив по-унтерски гигантскую грудь. Море – жидкое небо. Небо – застывшее море. У пристани Кинги избяной дом. Пристань унылая, пустынная. Ржавый колокол и никудышый рыдван (колымага, телега. Прим.Ред.), точно символы монастырского запустения. Зеленым бором идете в Анзер. Комары восторженно отравляют вам жизнь.

Вот на поляне каменная коврига Анзерского скита. Колокольня романтически пуста. На подержанных горельефах ангелы, в виде амуров, - слабое прикосновение ампира к девственным стенам Анзерского скита. Пустынно. Можно забыться, если б на стенах не кривлялись в затейливом танце красные буквы: "Да здравствует 1 мая!"...

На серенькой дороге бубенцы сельхозовских коров. Дежурный бьет в колокол 4 часа. Колокол мягкий, точно из свинца, звон ласковый, уютный, сытый, медоречивый. Ветерок погладил кудри леса. Затрепетала голубая каракуль Анзерского озерка. Две девки большегрудые, тяжелозадые, сплошная сдобь, пробежали на огород. В зелени сочно замелькали голые упругие ноги..." (Цвибельфиш. На острове на Анзере. Журнал "Соловецкие острова", №7, 07.1926. С.3-9).

в 1926 году сказание о сей часовне ещё было...

"Вы пересекаете дорогу и бредете в живописный лес – подлинный российский Барбизон. И опять у озера ладная лесенка встает услужливой спиной. Вы подымаетесь по лесенке к часовне. Через оконце читаете на выбеленной доске: "Краткое сказание о сей часовне".

"Святой преподобный иеросхимонах Елеазар Анзерский во время управления Соловецкою обителью игуменом Иринархом, придя из оной обители на этот непроходимый остров для уединенной жизни в 1612 году, жил на сем месте четыре года в маленькой келейке один. По откровению Божию перешел на место, где ныне Троицкий скит, и там построил храм, при нем и св. мощи его украшают и охраняют скит и подают утешение и исцеление всем, приходящим с верою. Слава о подвигах его привлекла ему в скором времени братию, в числе коих был святейший патриарх Никон.

Преподобный Елеазар уроженец города Козельска, сын тамошнего купца Севрюкова, отменно благочестивых родителей. Преподобный жил на этом острове более сорока лет. Блаженная кончина его в 1656 году января 13 дня в воскресенье".

Шепчу бесшумными устами: "Жил на сем месте четыре года". Выцветает небо, и улетает зелень лесов. Я вижу белые снеги, вьюги, черные бесконечные ночи и суровое желтое лицо, измученное постами, верой. Я вижу безумные глаза и тонкий иссохший рот. Четыре года. А рядом у доски со сказанием – иконы и на них преподобный Елеазар. Не Рублевский темный и духоносный лик, а парикмахерски причесанный, шелково одетый, благообразный старичок – бездумный, безверный, зажиревший в покойной российской церкви XIX столетия. В уютном благолепии стоит седой Елеазар с ГерманомЗосимойи Савватием. Чистенькие одежды и кукольные лица.

- Спаси, Господи, люди твоя и благослови достояние твое…

Спускаетесь с лестницы и вновь на дороге. У последней ступеньки стоптанный дамский башмачок – шимми. Он обернулся ко мне многотоптанной подметкой. Его остренький носик от сырости закурносил, отчаянно. Маленький жалкий дамский башмачок № 36, неблагодарная девушка бросила тебя здесь на дороге у часовни преподобного Елеазара! Где она, эта девушка, приехавшая сюда с ночным московским смехом, сиплым говорком, с побежденной юностью, с пьяным задором, с сифилисом?.." (Цвибельфиш. На острове на Анзере. Журнал "Соловецкие острова", №7, 07.1926. С.3-9).

Скит Голгофо-Распятский

1926: на склоне горы погост скита еще есть...

"На склоне горы погост. Под бурыми крестами и плитами – схимники. На крестах череп и две кости. Предназначенный их жизни смысл! На кресте надпись: "На сем месте покоится смиренный раб божий, монах Даниил. В мире именовался Дионисий. Скончался в 1887 года сентября 3 дня от роду 65 лет. Блаженный старец подвизался во святой обители 44 года. Был примером смирения всему братству. Перенес он тяжкие искушения по зависти врага рода человеческого, безропотно с помощью Божией все побеждал, по высоте же смирения достиг благодати свыше – дара прозорливости, которую познавали, как братия, а также и приходящие богомольцы; после всех искушений в земном странствовании отец Даниил в вере, надежде, любви отошел с миром ко Господу". Так вещают буквы старческой витиеватой дрожью славянского письма, а рядом крохотный холмик, на холмике венок с черными лентами, и на холмике нет креста.

 

Унылая девушка с коричневыми кругами у выцветших глаз бросила букет бирюзовых незабудок. Зачем? Она сама не знает. Ей отпущена порция лирики, и на изливает ее, как умеет. Ей сегодня хочется быть "опечаленной невестой". И, если нет щепотки кокаину, чтобы посолить свою пресную душу, она польет ее каплями истерических слез." (Цвибельфиш. На острове на Анзере. Журнал "Соловецкие острова", №7, 07.1926. С.3-9).

 

Первый храм на Голгофе

В Анзере бьют в колокол поверку. Высока гора Голгофская. Из старых зеленых кряж высится чинный храм. Ленивы линии каменных стен. Камни крепко к земле ластятся. Нет исканья, нет напряженности, нет пафоса борьбы, романтики суеверного сомнения, а деловая сыть успокоенья, достижения и блаженства.

У вершины горы, поодаль от этого храма – церковка. Вот, что говорит монастырская летопись об этой церкви:"Сей святый храм построен еще первым основателем этого Распятского скита – преподобным иеросхимонахом Иисусом в 1714 году во имя распятия Господа нашего Иисуса Христа и поставлен был на горе, на место коего поставлен там каменный в 1833 году при архимандрите Досифее, а сей перенесен сюда в то время и освящен во имя Воскресенья Христова в 1856 году". В иконах анзерских видел лик преподобного Иисуса. Это благодушный старец... Нет, другие лица опестряют ныне Голгофские стены. Они, эти желтые, испитые, болезненные лица – яркий упрек благочестию святых. С Голгофской горы видать весь остров Анзерский. Видать море и синий туман материкового бора, видать блеск бесчисленных озер, и взор тонет в Колгуевском мысе. (Цвибельфиш. На острове на Анзере. Журнал "Соловецкие острова", №7, 07.1926. С.3-9).

Голгофо-Распятский скит в XX веке

В 1923 году коммунисты разгромили монастырь и организовали Соловецкий лагерь особого назначения, так называемая "больница" которого размещалась в Голгофо-Распятском. Заключенных в "больнице", по выражению А.Солженицына, "лечили смертью". 7.02.1929 года здесь скончался от тифа священномученик Петр (Зверев), архиепископ Воронежский и Задонский. Здесь же размещался и один из самых страшных женских бараков.

Все строения скита были разрушены, а сам скит пребывал в запустении даже тогда, когда постройками стал ведать Соловецкий музей-заповедник (1967). Реставрационные работы там не велись.

Первое после возобновления монастыря (1994) богослужение провел архимандрит Иосиф в день явления Пресвятой Богородицы преподобному Иову. У подножия горы Голгофы был установлен Поклонный Крест в память о всех иерархах, пострадавших в концлагере (03.07.1994). Было установлено место захоронения священномученика Петра (Зверева) и найдены групповые захоронения периода Соловецкого лагеря (1999). На месте погребений были поставлены могильные кресты. Мощи свм. Петра (Зверева) были перенесены в Соловецкую обитель и находятся в церкви святителя Филиппа (Колычева). На месте погребения свм. Петра (Зверева) поставлена часовня.

 

Своим указом святейший Патриарх благословил возобновление в Голгофо-Распятском скиту иноческой жизни (14.03.2000) и назначил главой иеромонаха Евлогия (Стручалина). Храм Воскресения Христова частично восстановили (2000). В настоящее время мощи преподобного Иова Анзерского покоятся в храме Воскресения Христова под спудом в левом (северном) приделе. Восстанавливается и церковь Распятия Господня на Голгофе (начато в 2001).